Очень добрый грустный, но безусловно светлый фильм. Одна из серий Альфа.

Да что ж такое-то? Ну как же так? Ну как? Как?...

Ну как же так??? Хотя было понятно уже давно. Страшный месяц.

Ничто в последнее время так не радовало, как та СМС-ка в субботу утром из Перми. "Со мной все в порядке".

Только что в эфире "Вестей" Шойгу докладывали о количестве погибших. Там видеомост с местом катастрофы был.

Шойгу: Сколько "двухсоток"?
С места катастрофы: 39.
Шойгу: Еще раз...
С места катастрофы: Товарищ министр, 25 было с самого начала........

И тут канал "Вести" вырубил прямую трансляцию заседания штаба и врубил программу о страховании.

22 человека погибли -- "ВЕСТИ".

Они все говорят, что эвакуированных пересадили на поезд Самара-Петербург еще час назад? Но как он мог оказаться там, где он должен оказаться по расписанию лишь через час? Я не понимаю. Вот такая мелочь с этим Невским экспрессом по новостям, но она не дает мне покоя. Потому что не может поезд прийти раньше времени. И еще. Сказали, что погибли люди. 9 тел уже найдено. Беда.

Я долго не мог купить эту книгу. Когда я впервые взял ее в руки и пролистал в магазине, меня задушила жаба. Я прочитал предисловия, и жаба стала душить еще сильнее. Я подумал, что не готов потратить 300 рублей на ТАКОЕ. Мне показалось, что у Ганапольского творческого кризис, и что он превратился в коммерческий проект. Я расстроился, потому что люблю Ганапольского, и с огромным интересом отношусь ко всему, что он делает. Спустя три недели я купил-таки «Правосудие для дураков». Да, лучше бы я этого не делал.



( Почему? )

Оказывается, в Петербурге, среди сотен музеев, нет ни одного, который целиком и полностью был бы посвящен автомобилям. В Петербурге нет, зато в его окрестностях недавно открылось сразу два – в Зеленогорске и Выборге. Сегодня – несколько слов о Зеленогорском музее.


ЗАЗ. 1960г. Мощность - 23л.с.

( Несколько слов )

Нужен юрист, специализирующийся в области защиты прав человека.

Как в Сбербанке выдают пенсию. Ну ведь простой метод Форда. Только из двух этапов.

Бабушка подходит к окошку «контролер». Дает сберкнижку и паспорт. Говорит, сколько хочет снять денег. Контролер распечатывает ей платежку, бабушка ее подписывает, контролер отдает бабушке жетончик, и бабушка идет с ним в кассу. В это время контролер передает бабушкины документы (паспорт, сберкнижку и платежку) в кассу. В кассе кассир берет у бабушки номерок, и выдает ей деньги (сумму, которая указана в платежке), паспорт и сберкнижку. Вот и всё.

А теперь представьте, что будет, если кассир перепутает каких-нибудь двух бабушек и выдаст им соответственно документы друг друга.

Именно это я и наблюдал сегодня. (последние дни вынужден активно ходить по банкам, но об этом потом расскажу) Подходит бабушка к окошку кассы, а ее документов нет. Сперва искали, а потом кассир говорит: «Кажется, мы перепутали, и отдали Ваши документы и деньги другому клиенту». «Другой клиент», естественно, к этому времени уже ушел.

Бабушка кричит и причитает: «Я опоздаю на поезд. Где же теперь искать их. А вдруг она мои деньги потратит. Мне теперь паспорт менять, потому что неизвестно что с ним сделают», ну и т.д. Муж бабушки (дедушка) кричит: «Я сейчас пойду бить стекла». Единственный в банке кассир бьется в истерике, и деньги больше никто не выдает никому. Один из двух контроллеров – по совместительству заведующая отделением – нашла в документах банка адрес регистрации бабушки и побежала по нему. Тут же выросла очередь раза в три. Все злые и нервные.

А над кассой висит: «Миссия Банка: Мы даем людям уверенность и надежность, мы делаем их жизнь лучше, помогая реализовывать устремления и мечты. Мы строим одну из лучших в мире финансовых компаний, успех которой основан на профессионализме и ощущении гармонии и счастья ее сотрудников».

Кто понял, за что ограничили drugoi, объясните.

Кто знает, зачем New Times убрал со своего сайта архив номеров за 2007 и 2008 годы?

Раннее утро субботы.

Дер.Алушково, Пустошкинский район, Псковская область
Рассвело. Слышно как в хлеву кричат петухи. На траве роса. На горе лает собака. Кричит скворец или не пойми кто, но кричит громко. Ни ветринки, штиль. Пахнет свежестью.

Петербург, двор дома по Гражданскому проспекту, дом 104
Зелено. Холодно. Мокро. Большие лужи. Чистое небо. Небо отражается в лужах. По асфальтовой дорожке дворник везет тележку с мусорными баками. Бездомная собака бредет за ним. Больше никого.

Москва, улица Удальцова, угол с Ленинским проспектом
Машины едут. Не сказать, что много, но едут. Среди них неспешностью и основательностью выделяется поливальная машина. Она моет Ленинский проспект. Запахло чистотой. Через час тут начнется дурдом. Таджик подметает тротуар. Едет первый троллейбус. Какой-то парень спешит на ту сторону, чтобы успеть в «Перекресток».

Петербург, Васильевский остров, 4 линия, д.45.
Тихо, как в лесу. Где-то вдали периодически едут машины. Зябко. Мосты еще разведены, поэтому остров спит. Нет людей на улице. Никого. Вообще никого. Яркое голубое небо. Ужасно холодно.

А вообще, сколько ни пиши, везде оно одинаковое и в то же время уникальное и неповторимое субботнее раннее утро 20 июня. Холодное, влажное, яркое и обещающее тепло.

Писал тут текст один, в котором понадобилось написать незамысловатое сочетание "голубое небо".

Тут ВОРД возьми и подчерки слово "голубое". Я уже его и так исправляю: "гулубое", и сяк "галубое", и эдак "голобое", и по-другому "гулобое", а он все подчеркивает. Я что, сошел с ума? Как пишется это чертово слово??? "Голубое", ведь, не так ли?

Пишу этот пост с единственной целью, чтобы ты прочитал его. Прочитаешь - оставь комментарий. Не-Димы, извините...

Постоянно сегодня думаю о том, что такое «чувство вкуса» в журналистике.

Сперва просто два примера. Просто попались на глаза. Поверьте, их полно. Итак, заголовки новостей:
«Трупы жертв катастрофы А330 массово всплыли» (http://evrazia.org/news/8521)
«Самый популярный актер-детектив конца ХХ века сошел с ума» (http://www.from-ua.com/news/8ecdcd366c0d3.html) или «Лейтенант Коломбо признан слабоумным» (http://www.kp.ua/daily/040609/182262)

От заголовков коробит, правда? Кажется, что так нельзя. Что есть какие-то другие слова и обороты. Что то же самое можно написать более сдержано и более уважительно. Но это и есть – вкус. Мне можно возразить: «Тебе кажется неуважительным одно, другому покажется неуважительным другое».

Но вкус – часть журналистской профессии, скажу я. Безвкусно – автоматически означает «непрофессионально». Покопаемся?

«Трупы жертв массово всплыли», - пишет «Евразия». А что на самом деле? А на самом деле «Найдены шесть тел». Разницу чуете. «Евразия» пишет, будто массово начали всплывать тела. А на самом деле - их начали находить. И массово ли? 6 из почти 250. Кто их учил журналистике.

Вторая новость на самом деле заключается в том, что суд назначил актеру, исполняющему главную роль в сериале «Коломбо» опекуна в лице его супруги. Там был суд, потому что на опекунство претендовала еще его приемная дочь, вроде бы, потому, что у Фалька большое состояние. А ей еще и видится с ним не дают. А то что у актера прогрессирует болезнь Альцгеймера, что он не узнает людей и потерял память – так это длится уже довольно давно. Поэтому заголовок «Коломбо признан слабоумным» или «Коломбо сошел с ума» - ложь. Ему назначили опекунов – это правда.

Я вот давно уже, разобравшись в том, что есть «по-журналистски», а что есть «не по-журналистски», вывел правило: если меня что-то коробит (а меня расшевелить в этом смысле трудно), значит – непрофессионалы.

Отдавая 79 рублей за свежий «New Times», задумался, сколько же должен стоит журнал, чтобы я его перестал покупать, став читать в интернете? 100? 150? 200?

Ну вот, гей-парад в Москве разогнан. Когда я спросил здесь же, вконтакте, у своих друзей, почему московские власти не разрешают гей-парад, одна девушка заявила категорично: «нам содомиты не нужны».

А если навскидку: кто в России не такой как все? Кого большинство унизительно называет «меньшинством»? Вспомним.

1. Гомосексуалы
2. Темнокожие
3. Люди с ограниченными возможностями (слабовидящие, с ослабленным слухом, обездвиженные и т.д.)
4. Люди больные СПИДом
5. Бездомные
Список можно продолжить.

В России большинство уверено, что знает и может решать, что делать тем, кто отличается от них. «Гомосеки пусть сидят дома и не выпендриваются», «Чурки понаехали тут», «Спидозникам не место в нашем обществе», «Марганилам и политическим импотентам не место на площади» и т.д. Узнаете?

Мало кто задумывается, что гомосексуальность, также как инвалидность, цвет кожи, и даже болезни, – в основном не прихоть, и не выбор. Это гены, это обстоятельства, это много чего еще. Общество берет на себя право категорично судить и выбирать, кому есть в нем место, а кому нет.

Я спросил «Как Вы думаете, почему московские власти запрещают гей-парад?» Никто не сказал «для безопасности самих гомосексуалов», например. Были только ответы типа «потому что им не место». Да кто Вы, милая девушка и милый мальчик, оставившие коммент, чтобы судить, кому место, а кому нет?

Вернее, я знаю, кто Вы. Вы – человек, живущий в мире, который устроен для вас. Вы встаете с утра, и бежите в институт, там общаетесь с друзьями, потом, возможно, работаете, вечером встречаетесь с любимым человеком и идете в кафе. Там вы пьете чай с пирожным. А потом едете домой – в ваш общий дом. Или разъезжаете по домам – так, как вам удобнее. Вы взрослые свободные люди и делаете все, что вам хочется.

Но вы не думаете о том, что есть люди, которым все это недоступно в силу разных причин. В вашей идеальной картинке мира нет места для гомосексуалов или таджиков. Вы не хотели бы их видеть, вы не признаете их, точно также как отворачиваетесь от инвалидов в метро. Не признаете, потому что они НЕ ТАКИЕ, КАК ВЫ. Вам это кажется противным. Они не вписываются в картинку вашего идеального мироустройства. Поэтому их лучше не замечать.

Этот текст – не про московские власти, не про гей-парад и не про его своевременность. Я тут ни слова не написал про то, нужен он или не нужен. Этот текст про нас. Ровно про то, какие мы. И больше ни про что.

По неофициальным данным в крупных российских городах каждый сотый болен СПИДом или же ВИЧ-инфицирован (по официальным – каждый трехсотый). Людей склонных к гомосексуальности – не меньше двух процентов. Темнокожих сложно сосчитать. Людей с физическими отличиями считать долго – надо суммировать статистику, но не меньше 3% точно.

Посмотрите на список своих друзей в том же контакте. Как минимум один из трехсот носитель ВИЧ-инфекции, два из ста – гомосексуальны, три из ста – люди с девиациями. Что? Не похоже на правду?

Гитлер начал с уничтожения геев.
Этот текст не про таджиков и не про бездомных. Это – про нас.

Все посты про «Евровидение» делятся на две категории.

Первая категория – обсуждение конкурса. Кто поет, как поет, кто во что одет, как распределяться места, как выступит Россия, прав ли Киркоров и т.д.

Вторая категория – «Что вы – что вы, Евровидение – это попса, а мы выше, мы эту гадость вообще не смотрим».

Извините, не попадаю ни туда, ни сюда. Для меня «Евровидение» - это:
А) Яркое шоу
Б) Политическое шоу

Выступления обычно не смотрю, хватает процесса подсчета. Да, мне это интереснее.

Переживаю за Россию вне зависимости оттого, кто и как выступил. Просто по факту принадлежности этой стране. Как за сборную по футболу, хоккею, теннису и т.д.

Важно вот что. «Евровидение» нужно, как его ни ругали бы. У страны должен быть повод чтобы сесть перед телевизором. Нет ничего плохого, когда вся страна смотрит шоу, когда вся страна переживает, а потом выбегает на улицу от радости, как было год назад. Стране это полезно.

Стране нужны поводы для объединения и чудесно, если они приходят из культурной сферы. Хоть из спорта, хоть «из попсы».

«Евровидение» - это больше чем конкурс второсортной музыки и первосортного шоу. Евровидение сплачивает.

И не надо говорить, что это пошло и что вы не следите. Все равно утром в воскресенье вы узнаете как спела Приходько, и узнаете, какое у нас место. Даже если вы не любите такую музыку, не признавать за этим конкурсом общественное важное значение обозначало бы, мягко говоря, слепоту.

Попытка думать


Чтобы писать. Да, именно так. Чтобы писать надо думать. Тут-то и возникают сложности. В мыслях-то дефицита нет. Но вот отличить мысль стоящую от дешевки - поди сумей.


Вот иду я по улице и вижу бездомных собак. Думаю о них. И что? Писать свои мысли о собачей свадьбе в центре города? Кому это надо?


Думаю про Школу журналистики. Думаю и не понимаю очень многого. Все больше разочаровываюсь в профессии, разговорам о которой посвящаю значительную часть жизни. Вода камень не точит. Про это писать?


Если оказываюсь в пять утра на улице, как вчера, то думаю про работу общественного транспорта. В пять утра он работает. Но только в одну сторону. Официально - с шести. С шести идет туда и обратно.


Думаю про диплом, но это совсем уж узкие мысли.


Аудитория, черт бы ее побрал, слишком разношерстная, чтобы делиться с ней мыслями обо всем. Ей это не надо, если она не выходит на улицу в пять утра и не занимается журналистикой. Оттого, кстати, хорошие колонки редактора в газетах редкость.


Чтобы написать интересно, нужно непременно подумать о том, о чем думают все. Причем как-то по-особому. Тогда тебя прочитают и не один раз, а часто. Как Гришковца, который на том и зарабатывает. Он думает о чем и все, но по-своему. Но Гришковец - один. А нас - с мыслями о бродячих собаках и утренних трамваях - много.


Оттого и тексты по делу редки. Можно, конечно, уподобиться блогам на Ли.ру и писать: «пошел есть консервированные ананасы ». Но подобный способ изъяснения был актуален пять лет назад. Кстати, ананасы в собственном соку без сахара намного вкуснее, чем сладкие.

День Победы – праздник для миллионов граждан. Праздник, который нужен им, праздник, который для них бесспорен. Я отдаю в этом отчет, и я не хотел бы что-то менять в этом смысле. Этот день нужен, и совершенно безвреден. Я про другое.

Про то, что для меня не все безупречно в этом дне. Я оставлю за скобками дату. О дату и выбор именно ее сломано много копий. Я оставлю за скобками и историю этого праздника, напомнив лишь, что непосредственно после войны он не отмечался, а широко праздноваться День Победы стал только в 1965 году. Теперь этого многие не знают.

Прошло больше 60 лет. Война порастает легендами, которые требуют безмерного уважения и преклонения перед теми кто выстоял и победил. Мы знаем о войне по героическим песням да эмоциональным фильмам, где тяжело, где страшно, но где всегда побеждает дружба, назло врагу. Да еще в каждой из наших семей есть погибшие. И мы справедливо относимся к 9 мая, как к дню, когда закончилось это «страшно», «тяжело», когда перестали гибнуть люди, когда закончился этот бессмысленный героизм, «героизм по нужде».

Условно говоря, 9 мая закончилось страшное. И это, наверное, страна и отмечает. Страна, однако, не задумывается, что кроется за этим «закончилось страшное». Демографические потери десятков миллионов людей. «Демографические потери» - это статистика. А если попробовать развернуть эту цифру применительно к конкретным семьям? А если еще и задумать о трагедии общества. Ведь если покопаться в истории, то, кажется, становится очевидным, что этого страшного могло бы не быть, если бы… Нет, тут не про Германии и не про Гитлера, тут про Россию и про ее народ. И про исторический выбор в 17-м. И про большевиков. Здесь много про что.

Этот день мог бы быть днем скорби. Днем осознания исторических ошибок. Днем, когда люди не праздновали тупо окончание бойни, а когда задумались бы «А почему?» и «Что дальше?». Вы скажете: есть ведь 22 июня, но я рассмеюсь. Потому что: сравните, кто замечает 22 июня и как отмечают 9 мая.

Я видел вчера людей на улице. Для них 9 мая – это просто повод напиться. Быдл-класс шел вчера с салюта и орал матом. Что празднуем-то?

В коммуникологии есть концепция трех уровней восприятия окружающей действительности. На первом уровне мы воспринимаем мир на уровне инстинктов, на втором – на уровне ожиданий общества, на третьем – на уровне внутренних убеждений.

Праздник может быть настоящим только тогда, когда его воспринимают на уровне внутренних убеждений. День Победы у нас в основном празднуют на уровне «социальных ожиданий» (в школе сказали, что так надо) и даже на уровне инстинктов (выходной, салют, тепло, гулять, девчонки, пиво). Думают об этом дне и том, почему он такой, – мало.

Поэтому мое отношение к Дню Победы очень противоречивое. Поэтому вчерашний день я прожил также, как и все остальные.

Государству – свое, людям – свое. Так уж повелось в России. Делим и праздники.

Для многих людей День Победы стал праздником личным, семейным. Я не про идеологию, я не про то, что друг друга поздравляют 20-летние «с Победой» (я не знаю, хорошо это или плохо), я не про ленточки, которые на себя цепляют все; я про другое. Люди стали воспринимать этот день, как свой. Ну что там еще, что мы воспринимаем именно как праздники (с настроением, подарками и всеми делами): ну Новый год, ну День рождения. Теперь для многих – День Победы. И все.

Казалось бы, у государства есть возможность стать к людям ближе именно в этот день. Кажется, что ему, государству, это необходимо. Как в Новый год. Ведь в Новый год государство придумало гениальных ход: послание президента. Оно тем самым заглядывает в каждую семью в самый ответственный момент, причем весьма корректно. На 9 мая тоже придумало бы что-то. Нет ведь! Все опошлило.

Петербург стоял парализованный всю первую неделю мая. Военные репетировали парад. Каждый день из Осиновой рощи в Питер, а потом обратно, шли колонны военной техники. Их охраняли (!!!!) колонны милицейских машин. Улицы, по которым шла техника, имеют теперь жуткую коллейность. Гражданка стояла вчера, когда в рабочий день возлагали венки на Пискаревское кладбище. Стояли вчера перекрестки в центре, когда светофоры не справлялись, а гибдуны в это время охраняли танки.

Люди стоят в пробках, когда ОНИ отмечают. Впрочем, эти люди стерпят, кажется, уже всё.

Обманчивое в эти дни солнце.

Кажется, в этом году закончу-таки. Хотя...

Баргман повторил подвиг Татарского. Баргман вылепил свою «Гору самоцветов». Уже на сцене, а не в анимированных фильмах.

В Музее Достоевского – премьера. Дают «Сказки с акцентом». Спектакль ко Дню толерантности. На деньги городской казны. Режиссер – Александр Баргман.

Да вот именно так. По заказу комитета… под режиссерством Баргмана. Совместить несовмещаемое.

Баргман – глоток свежего воздуха в душной театральной среде Петербурга. Если Комитет по культуре стал обращать внимание на Баргмана, значит для Комитета не все потеряно.

Почти два часа. С десяток сказок. Норвежская, таджикская, русская, украинская, казахская мужская, казахская женская, молдавская… Список неполный, но какой смысл в тупом перечислении?

Если есть способ сделать общество более толерантным – то силой искусства. Раньше казалось, что когда в афише значится, что это – про толерантность, – значит будет пошло.

Баргман, собрав на маленькой сцене лучших актеров города, ломает стереотипы. Можно говорить о важнейшей проблеме толерантности легко, с юмором, и на доступном даже ребенку языке.

Поэтому и написал вначале, что это – подвиг. Слишком значима тема. И слишком мало кому удавалось ее сделать так, чтобы это не казалось стыдным и чтобы попадало куда надо.

Писать больше – трудно. Здесь – первое впечатление. Но релиз таков: смотреть надо обязательно.

Поймал себя на том, что не хочу сказать абсолютно ничего хорошего.

Москвичи! Дуйте 7 и 8 апреля на "Панику" в театр Моссовета. Просто бегом бегите.

...прилетели скворцы.

Летят гуси.

С озер сходит лед.

Говорят, видели подснежник в лесу.

Говорят, волки выть перестают.

Говорят, все течет, но ручейки светлые и прозрачные.

А я сижу в офисе. Каждый день. Я не жалуюсь. Мне хорошо и интересно. И мое сидение тут кому-то нужно. Но в деревню хочется.

Неужели им за это ничего не будет?

Морозов - хулиган!

- Мы привезли. Завозить под шлагбаум?
- Под какой шлагбаум?
- Ну, тут шлагбаум.
- Что привезли?
- Холодильник.
- Какой холодильник?
- Который морозит... Ой, извините...

*короткие гудки*

...насрать на это государство и уехать куда-то, где нет такого, а?